История происхождения Крымских татар - Этнографический Донбасс
Menu

История происхождения Крымских татар

Происхождение как больших, так и малых общностей населения – народов, народностей и различных этнографических групп является сложными историческим процессом, включающим в себя миграции, войны, эпидемии, депортации. Некоторые популяции становились гетерогенными, что неизбежно вызывало проблемы в понимании истории, культуры, эволюции как самих общностей, так и всего мира.

flagДля решения этих проблем был составлен ряд классификаций, опирающиеся на языки, специфические предметы материальной культуры, основные фенотипические отличия и т.п. Однако, несмотря на существующие добротные исторические этногенетические и антропогенетические реконструкции и классификации, нельзя утверждать, что они полностью отражают реальный исторический факт. В этом случае нам могли бы помочь специальные биологические (генетические) исследования, бурно развивающиеся в последнее время.

Одним из таких направлений является изучение морфологических осо-бенностей строения волос человека, которые используются не только в судебно-медицинской экспертизе, но и для определения различных этносов. На основе большого количества исследований по изучению волос разных национальностей получены уникальные результаты. Оказалось, что края кератиноцитов составляют специфические «узоры». Они имеют, как выяснилось, идентичные характерные особенности для отдельных генетически близкородственных групп, составляющих тот или иной народ [4; 10]. Изменение рисунка края происходит очень медленно, может быть, в течение нескольких тысячелетий.

Целью данной работы является анализ результатов исследований и со-поставление «узоров» кератиноцитов волос с помощью нового в науке растрово-электронного метода (РЭМ) различных этнических и этнографических групп Крыма, но прежде всего выяснение этно-антропологического состава группы «крымских татар» (разбивка произведена согласно этнической самоидентификации испытуемых).

Проблема происхождения крымских татар сложна и малоизученна. Хотя этнической истории крымскотатарского народа посвящено много научных работ и монографий историков, этнологов, филологов [1; 6; 7; 8]. Существует следующие версии этногенеза этого народа. А.Л. Якобсон в своей работе «Средневековый Крым» прямо указывает, что «предки крымских татар – монголы» [12]. Иная версия у филологов, которые, опираясь на особенности крымскотатарского языка, относят этот народ к кыпчакским племенам (половцам). Таких же взглядов, в частности, придерживается тюрколог Г.Т. Грунина, считающая, что основная масса тюркоязычного населения Крыма как до монгольского нашествия (если таковое вообще имело место в истории полуострова), так и после него – были кыпчаки (половцы) и «лишь после монгольского нашествия» на полуостров «пришли другие тюркские племена» [5].

dolya1 dolya2

Доля крымских татар в населении районов Крыма по материалам всесоюзной переписи населения 1939 года

Доля крымских татар в населении районов Крыма по данным всеукраинской переписи населения 2001 года

 В процессе формирования крымскотатарского этноса могли принять участие такие народы: тавры, скифы, греки, византийцы, сарматы, аланы, готы, гунны, хазары, протобулгары, печенеги, половцы (кыпчаки), ордынцы и др. 

По одной из версий в Крыму сложились «два мощных этнических пла-ста»: таты, населявшие горный и прибрежные район полуострова, и тюркский, представители которого населяли степную и предгорную части [5].

Другая классификация, основанная на практических наблюдениях, изу-чении диалектных различий языка, особенностей антропологического типа, материальной и духовной культуры, позволила подразделить крымских татар на четыре группы (четвёртая – условно, характеристика на 1940 год) [5]. К первой группе относятся крымские татары южного берега Крыма (самоназвание «ялы-бойлю» – «прибрежные»). Ко второй группе учёные относят население, проживавшее между Первой и Второй грядами Крымских гор. Их называли «таты». Условно вводимая учёными группа крымских татар северного предгорья проживала в нижнем течении речек Черной, Бельбека, Качи, Альмы и Булганака и имела самоназвание «татар», реже «тюрк». И, наконец, третья группа – степные татары Крыма, или «ногаи», «нугаи» (самоназвание «мангытъ»).

Называли «татами» и южнобережных татар. Встречается и этноним «джанавиз». У татского населения восточной части горного Крыма сохранялось самоназвание «тау-бойли».
В процессе исследования фиксировались внешние биометрические данные, в т.ч.: цвет глаз, цвет, форма, длина, толщина волос, а также характер их периферического конца, характер и особенности линий рисунка кутикулы, количество последних на определенной длине. Волосы стриглись ножницами у поверхности кожи разных частей головы (височные, лобная, теменная, затылочная области). Навески волос составляли не менее 50 мм.

Форма волос описывалась с помощью обычных обозначений; их длина измерялась по общепринятой методике. Цвет волос определялся по шкале цветов Г.Г. Автандилова (1964) для патологоанатомов и судебных медиков. Краткая шкала цветов Г.Г. Автандилова включает 107 хроматических и ахроматических цветов и оттенков. Имеется номенклатура цветов, в которой приводятся научно обоснованные названия цветовых оттенков [10]. Система названий цветов имеет единообразную терминологию. При исследовании волос использовался световой бинокулярный микроскоп ММУ-модифицированный (ув. 5000).

Полученные данные были подвергнуты вариационно-статистическому анализу. Наименование типа узора кератиноцитов давалось согласно опубликованной в монографии академика Ю.В. Павлова (1996 г.) классификации [10]. Если какой-то тип узора у обследуемого обнаруживался в подавляющем количестве образцов, то он признавался доминирующим для этого человека. А признак, встречающийся у наибольшего количества респондентов группы, признается доминирующим в группе. 

Часть названий типов узоров кератиноцитов первоначально появилась в результате исследований академика Ю.В. Павлова [10]. Часть – в результате исследований эксперта Алексея Новикова. Здесь применены общегрупповые наименования, такие как: уральский (для финно-угорских народов), славянский, иранский, турецко-малоазийский (для древнего населения Малой Азии), турецко-тюркский, тюрко-кыпчакский (т.е. – татарский), тюрко-огузский (т.е. – туркменский), северо-монгольский (т.е. – бурятский), западно-монгольский (т.е. – калмыцкий), индийский (т.е. – дравидский или тамильский) и др.

В наших исследованиях клетки кутикулы волос — кератиноциты у крымской группы «крымских татар» крупные, имеют дугу. Механические повреждения свободных краев клеток кутикулы волос — трещины, надломы, расщепления — свидетельствует о повышенной ломкости волос, что, по-видимому, связано с их генетическими, химическими и морфологическими особенностями.

В первую очередь были проведены исследования взрослых людей обоего пола в количестве 56 человек, идентифицирующих себя как «крымские татары». Выборка случайная и обусловлена характером работы независимых экспертов. Респондентами представлены равномерно Балаклавский, Ялтинский, Алуштинский, Судакско-Феодосийский, Севастопольский, Бахчисарайский, Симферопольский, Кировский, Ленинско-Керченский, Джанкойский регионы Крыма, сельская и городская местности. Исследование пилотное.

3В каждом случае при взятии образцов волос учитывалась генеалогия лица, указывался регион, из которого респондент происходит, и информация обо всех разноэтничных включениях, если ему это известно. Такие данные необходимы для сопоставления, т.к. в настоящем исследовании важное место отводилось вопросам метисации изучаемого народа, его этнического дрейфа. Кроме того, необходимо учесть крайнюю консервативность крымско-татарского населения до периода Второй мировой войны, до депортации в 1944 г., при которой метисация была чрезвычайно низкой, общины были часто эндогамными.

В исследуемой крымской группе «крымских татар» обнаружено 33 типа узора кератиноцитов, из которых чаще встречались: китайский у 31 испытуемого (55.36%), итальянский – у 27 (48.21%), курдский – у 25 (44.64%), греческий, центрально-уральский, японский и турецко-малоазийский – у 20 (35.71%), латышский – у 14 (25.00%), арменоидный у 13 (23.21%), корейский и индийский – у 12 (21.43%), северо-монгольский – у 11 (19.64%), германский – у 10 (17.86%), тюрко-кыпчакский (татарский) – у 9 (16.07%), иранский, узбекский, цыганский – у 8 (14.29%), иракский – у 7 (12.50%), славянский – у 6 испытуемых (10.71%) от общего числа. Этот факт указывает на то, что «крымские татары» не являются моноэтнической группой, а представляют собой сложный полиэтнический композит.

Как видно из приведенных данных среди «крымских татар» доминирующим оказался «китайский» тип узора кератиноцитов (55.36%), который доминировал у каждых двух из пяти носителей этого типа (41.94%) и у каждого пятого в группе в целом (23.21%).
Японский тип встретился у 20 чел. (35.71%), корейский – у 12 чел. (21.43%). Признаки всех трех типов обнаружены у 40 респондентов, что составило 71.43%. Сюда примыкают 32 человека с уральским (35.71%) и северо-монгольскими типами (19.64%). Принимая во внимание тот факт, что один и тот же человек может быть носителем разных антропологических типов, таких мы учитывали только однажды. В итоге получилось 48 представителей «золотоордынского комплекса», что составило 85.71% от всей группы. Однако дальневосточный антропологический тип (китайский, японский, корейский, монгольский) доминирует только у каждого третьего респондента всей группы (33.93%).
Вероятнее всего, представители китайских народов попали в Восточную Европу вместе с войсками хана Батыя в XIII в. Кроме них под руководством монголов могли и должны были оказаться тунгусо-маньчжурские, японские, корейские, алтайские и другие сибирские и дальневосточные народы и народности. Первоначально, видимо, они могли локализироваться в поволжско-уральском бассейне, где и сложилось ядро «Золотой орды». Следовательно, в составе этого населения необходимо учитывать также и ассимилированные уральские народности. В целом эта общность вполне может условно называться «золотоордынской». Она выделяется относительной целостностью, характерной специфичностью, сочетаемостью и представлена комплексом китайских, японских, корейских, монгольских (северная, восточная и центральная группы) и уральских антропологических типов.

Вторым доминирующим типом является «итальянский» антропологический тип узора кератиноцитов (48.21%), который преобладал у одного из трех носителей этого типа (37.04%) и у каждого шестого в группе в целом (17.86%). С учетом близости французского типа (4 человека = 7.14%) всего 31 человек, что составило бы 55.36%. Однако в двух случаях носитель итальянского и французского совпал, следовательно, мы имеем 29 человек западно-средиземноморского типа, что составляет 51.79%. То есть – половина. Появление итальянского типа в Крыму может быть связано с поздним средневековьем, когда в XII-XV вв., когда происходила интенсивная венецианская, генуэзская и незначительная ломбардийская и монферратская колонизация южного берега. Некоторое число итальянцев могло появиться и с римлянами, попадавшими в Крым в I в. до н.э. – VI в. н.э. Незначительное число французов-колонистов, по всей видимости, при-бывало сюда в XIV-XV вв. вместе с генуэзцами.
Если итальянцев и французов традиционно относят к западной части средиземноморской общности, то балкано-арменоидную группу традиционно относят к ее восточной части. В первую очередь это касается греков. Среди респондентов исследованием выявлен греческий антропологический тип у 20 человек, что составило 35.71% группы. Турецко-малоазийский антропологический тип представителей древнего населения Малой Азии и Причерноморья обнаружен также у 20 человек, что составляет 35.71% группы. И арменоидный антропологический тип встретился у 13 человек, что составляет 23.21% группы. Но принимая во внимание, что у некоторых носителей признаки разных типов могут совпада-ть, мы в итоге получили 38 человек, что составило 67.86% группы. Это отражает реалии как древнего населения Крыма, так и впоследствии пришлого. Турецко-малоазийский антропологический тип может соответ-ствовать и представителям древнего земледельческого населения Крыма, и представителям турецкой экспансии в позднее средневековье и новое время. Греческий – от первого появления греков в Крыму в VII-VI-V вв. до н.э. до первой трети XX в. н.э. Арменоидный же, возможно, связан с появлением здесь войск Понтийского императора Митридата VI Евпатора в конце II в. до н.э., затем – Римской империи, Византийской империи (не только династии Византии, но и значительная часть воинов были армянами). Большой наплыв армянского населения относится к позднему средневековью и новому времени при генуэзцах и турках.
Большой интерес в исследовании вызывало наличие германского антропологического типа среди крымских татар, жителей Бахчисарайско-Балаклавского региона. Этот регион неофициально иногда даже именовали Готией, считая, что там остались потомки древних готов-германцев. Согласно проведенному исследованию удалось установить, что германский тип среди крымских татар распространен крайне дисперсно по всему полуострову и крайне редко: Судакско-Феодосийский регион – 3, Ялтинский – 1, Балаклавский – 1, Бахчисарайский – 2, Джанкойский – 1, Симферопольский – 1 представитель.

Интерес вызывало и обнаружение славянских типов среди крымских татар. Славянский тип принадлежит 10.71% группы; отдельно «русский» (возможно – аланский?) тип – 3.57%. Всего – 14.29% от группы. Однако славянские типы локализованы в ограниченных регионах: Керченский полуостров, Ялтинско-Алуштинский и Симферопольский районы. Кроме германской и славянской групп к индоевропейцам относятся иранские народы. Иранский антропологический тип обнаружен среди 17.39% и представлен в таких регионах: Алуштинском, Симферопольском, Бахчисарайском, Балаклавском, Керченском. Сочетается чаще с такими типами: итальянский, греческий, турецко-малоазийский, японский, тюрко-кыпчакский (татарский), китайский, уральский, иракский. Учитывая уход иранских кочевников локализацию в транзитных регионах и наличие золотоордынского комплекса, можно предположить позднее происхождение иранцев. В таком случае, сомнительно связывать их с древними народами Северного Причерноморья: скифами, киммерийцами, савроматами, сарматами, аланами.

Примечательно, что среди респондентов крайне низко представительство кавказского населения: обнаружены единичные случаи грузинского и осетинского типов и более никаких. В то же время индийский антропологический тип встретился у 12 респондентов, что составило 21.43%, а цыганский – у 8, что составило 14.29%. С учетом принадлежности этих типов к южно-азиатской группе, всего выявлено 17 носителей, что составило 30.36%.
Следует отметить очень высокий уровень переднеазиатских и ближневосточных типов узора кератиноцитов в исследуемой группе в целом: курдского – у 25 чел. (44.64%), иракского – у 7 (12.50%), ливанского – у 4 (7.14%), кувейтского – у 2 (03.57%), вместе – у 33 чел. (58.93%).

Показательно, что из тюркских типов представлены «тюрко-кыпчакский» у 9 чел. (16.07%) и «тюрко-огузский» (туркменско-турецкий – 1 чел., азербайджанский – 2 чел. и узбекский – 8 чел.) у 10 чел. (17.86%). Северо-монгольский антропологический тип оказался у 19.64% группы.

Из этих антропологических типов, в первую очередь, нас интересовал тюрко-кыпчакский, который часто идентифицируют с «татарским». Выясни-лось, что он встречается крайне редко среди крымских татар (до 16%) и локализован в отдельных регионах: Бахчисарайском, Ялтинском, Алуштинском и Керченском. Возможно, это остатки домонгольского дальневосточно-центрально-азиатского населения Крыма. Соблазнительно предположить, что мы обнаружили представителей именно половецкого (кыпчакского) этноса.

Вызвало удивление обнаружение латышского антропологического типа, неожиданно многочисленного (25.00% всей группы) и проявившего определенную локализацию в т.н. «готском» районе (71% между Бахчисараем и Балаклавой). Представлен он и в близком к нему Ялтинском регионе, а также – Судакском и Керченско-Ленинском регионах. Сочетается чаще с такими типами: курдский, китайский, мордовский; гораздо реже – с итальянским и греческим. Это отражает скорее предпочтение воинственности, чем оседлости.

В целом вся группа крымских татар легко распадается на северную и южную части. К южной относятся представители южного берега Крыма от Балаклавы до Феодосии. Антропологические типы этой группы выстроились в таком порядке убывания: итальянский, китайский, курдский, турко-малоазийский, уральский, греческий, японский, арменоидный, латышский, корейский, северо-монгольский, индийский, иракский, германский, тюрко-кыпчакский, иранский, узбекский, цыганский, ливанский.
Здесь резко возрастает доля итальянского до 53.33% (у 30 человек, имеющих южнобережные корни). И до 60.00% только у южнобережных без учета потомков смешанных браков с северной группой. Вместе с французским доля вырастает до 66.67%. И, соответственно, так же резко падает доля китайского типа до 43.33% со смешанными браками и до 40.00% – у южнобережных. Японского: от одной трети до одной четверти. От золотоордынского комплекса здесь неожиданно велик процент уральского типа: более 50%. Корейский тип также вырос от одной пятой всей группы до одной четвертой у южной части без смешанных браков. Сильно проявился и монгольский тип (до одной трети) именно среди южнобережной части группы. Весь золотоордынский комплекс встречен у 90% всей группы.

Традиционно низок уровень представительства тюркских типов, он ко-леблется между одной седьмой и одной восьмой частями группы. В то время как кавказские типы незначительны и, возможно, случайны, ожидаемо вырастает по сравнению со всей группой доля восточно-средиземноморских типов: греческий антропологический тип присутствует более чем у каждого второго представителя (53.33%), турецко-малоазийский и арменоидный – у каждого третьего. Всего 76.67% всей группы.
Переднеазиатско-ближневосточные типы представлены курдским (33.33%), иракским (20.00%) и ливанским (13.33%). Всего 17 человек, что составляет 56.67% всей группы. Довольно низкое представительство южно-азиатских узоров, около одного на семь респондентов. Незначительное пред-ставительство иранского, славянского, тюркского и латышского узоров.
В целом южная группа демонстрирует такой средний состав: на девять десятых золотоордынские типы, на три четверти восточно-средиземноморские, на две трети западно-средиземноморские, на половину переднеазиатско-ближневосточные типы.
Антропологические типы северной части группы выстроились в таком порядке убывания: китайский, курдский, турко-малоазийский, японский, итальянский, уральский, греческий, индийский, латышский, арменоидный, германский, корейский, северо-монгольский, тюрко-кыпчакский, иранский, цыганский, узбекский.

Здесь традиционно велика доля китайского 57.14% (доминантный среди 25.71% северной группы) и без смешанных браков – до 73.68%. Доля северо-монгольского (доминантный среди 11.43%) и корейского (доминант-ный среди 5.71%) типов падает по сравнению со средней цифрой в группе, а японского вырастает от одной трети до двух пятых в группе (42.86%). Весь золотоордынский комплекс составляет 91.43% в группе. Очень высоко пред-ставительство восточно-средиземноморских типов: турецко-малоазийский антропологический тип присутствует у двух из пяти (42.86%), греческий – у каждого третьего представителя (31.43%), и арменоидный – у каждого пятого (22.86%). Всего 71.43% всей группы.
Переднеазиатско-ближневосточные типы представлены курдским (48.57%), который доминантен среди 11.43% группы, иракским (8.56%), ливанским (5.71%) и кувейтским (2.86%) типами. Всего 57.14% всей группы. Вместе со смешанными браками западно-средиземноморские типы составили 42.86% группы (доминантны среди 17.14%), а южно-азиатские и латышские типы представлены по 31.43% (оба доминантны среди 5.71%). Незначительное представительство иранского, славянского и тюркского узоров.
Северная группа демонстрирует такой состав: на девять десятых золотоордынский комплекс, почти на три четверти восточно-средиземноморские типы, почти на три пятых переднеазиатско-ближневосточные, на две пятых западно-средиземноморские, на одну треть южно-азиатские и латышский типы.

Вся группа исследованных крымских татар демонстрирует такой состав: почти на девять десятых золотоордынские типы, на две трети восточно-средиземноморские, на три пятых – переднеазиатско-ближневосточные, на половину западно-средиземноморские, на одну треть южно-азиатские и на четверть – латышский типы.

На основании полученных данных о распределении типов кератиноцитов в волосах головы представителей исследуемой крымской группы крымских татар, можно констатировать, что данная общность является полиэтнической. В ее составе значительную долю занимают золотоордынские антропологические типы [китайский (55.36%), японский (35.71%), корейский (21.43%), центрально-уральский (35.71%), северо-монгольский (19.64%)], восточно-средиземноморские [греческий (35.71%), турецко-малоазийский (35.71%) и арменоидный (23.21%)], переднеазиатско-ближневосточные или афразийские [курдский (44.64%), иракский (12.50%), кувейтский, ливанский], западно-средиземноморские [итальянский (48.21%) и французский], южно-азиатские [индийский (21.43%) и цыганский (14.29%)], североевропейские [латышский (25.00%), германский (17.86%) и славянский (10.71%)], тюркские [тюрко-огузский (19.64%) и тюрко-кыпчакский (16.07%)] и иранский (14.29%). Однако базисным антропологическим типом данной группы можно рассматривать «зо-лотоордынский композит» для северной части и «итало-балкано-кавказский композит» для южной части. При этом наиболее вероятными кандидатами архаичной части крымчан могут оказаться группы населения с турецко-малоазийским, греческим и арменоидным антропологическими типами, что соответствует древним земледельцам полуострова.
Слишком мало иранского, для построения предположения об участии в этногенезе скифо-сармато-аланских народов, и немецкого – для построения предположения об участии в этногенезе готских народов. Возможно, этнически крымские готы не были германского происхождения или были целиком истреблены или перемещены за пределы полуострова. Быть может, на их месте окажутся балтийские (латышские) народы.
Тюркские типы были отделены от золотоордынского комплекса по причине того, что «огузские» влияния могут быть очень позднего происхождения, связанного с депортацией большого числа крымских татар в Узбекистан. Тюрко-кыпчакский или «татарский» тип, в свою очередь, появился в Крыму очень рано и не всегда может быть привязан именно к монгольским завоеваниям. К тому же последний тип не рассеян среди всех регионов, а, в отличие от китайского, японского или корейского, жестко локализирован, не характерен для всего крымско-татарского этноса, что не дает исследователям права именовать эту общность «татарской».

Возможно, исторически славянских типов должно было быть больше, но значительное число предполагаемых носителей среди северной части крымских татар было переселено за пределы Крыма или покинуло его после его завоевания и войн в XVIII-XIX вв. К сожалению, среди респондентов отсутствовали или незначительно были представлены уроженцы Красноперекопского, Черноморского, Раздольненского, Белогорского, Нижнегорского и Ленинского районов Крыма. Но это не исключило возможность обнаружения некоторых тенденций и процессов.

Таким образом, на основании проведенного пилотного исследования и результатов анализа антропологических макро-микроскопических данных строения кутикулы волос головы, принимая во внимание, что сама группа небольшая, можно сделать только очень осторожное предварительное предположение о том, что крымская группа крымских татар представляет собой часть характерной для Крыма общности, являющейся сложным этническим композитом, формировавшимся в течение всего последнего тысячелетия. В ее формировании, вероятно, имела место частичная метисация с золотоордынским населением Восточной Европы. Среди процессов, которые продолжаются, можно отметить стирание узких групповых барьеров, усиленную региональную миграцию, мощную урбанизацию, повсеместную утрату традиций, подмену местных традиций стилизованными советскими или арабо-турецкими, и на этом фоне, как следствие, – аккультурацию и сильнейшую внутригрупповую и вне-групповую метисацию. Полученные данные пока не позволяют провести ото-ждествление крымских татар с татарами, тюрками, славянами (в т.ч. – украинцами), скифами, сарматами, хазарами, немцами (в т.ч. – готами), монголами и кельтами. Но дают возможность для создания исторических реконструкций. Например, участие большого количества насильно мобилизованного китайского населения из разрушенного монголами Китая в походе хана Батыя.

Исследуемая крымская группа крымских татар составляет значительную часть Крымского общества по данным последней переписи населения. В языковой, культурной и вероисповедной сферах жизни, а также в этническом и генетико-антропологическом отношениях они представляют собой уникальную и специфическую крымскую общность.

Наши исследования могут быть использованы антропологами, этнографами, историками, политологами, занимающимися исследованиями Крымского общества, помогут глубже проникнуть в сущность проблем истории Крыма, снизить остроту межэтнических отношений в Крыму. Но главное возникает необходимость проведения масштабного исследования основных групп крымского населения, что могло бы решить многие вопросы современной истории.

Автор статьи: К.и.н., доцент Бельский А.В.

Еще материалы по теме:


Поделитесь этой статьей с друзьями
>